Если бы кто-то в 1980 году сказал Яхонтовым и Удальцовым, что очень скоро их семьи свяжет сначала непримиримая вражда, а потом кровное родство, замешанное, правда, все на той же ненависти, они бы не поверили. К тому же той осенью, Яхонтовым и Удальцовым было не до глупых прогнозов на будущее. И у тех, и у других было полно счастливых хлопот — счастливые и взволнованные папаши забирали из роддома своих жен, крепко прижимающих к груди крикливые свертки. У Яхонтовых сверток был с розовым бантом — и дочку решено было назвать Машенькой, а голубое одеяльце, в котором сопел щекастый новорожденный малыш, на весь мир сигнализировало о том, что в семье Удальцовых появился сын — Ванечка. Маша и Ванечка много спали, с удовольствием ели, орали и беспрестанно пачкали пеленки, не зная, что невидимые нити судьбы уже прочно связали их жизни. Их жизни — и жизни их пока еще не связанных друг с другом семей…